– Не обессудьте, мисс Джарвис, – спустя мгновение заговорил виконт, – но я нахожу, что во все это сложно поверить. Видите ли, по-моему, посмей некто прошлой ночью стрелять в дочь лорда Джарвиса, всех магистратов и констеблей Англии уже подняли бы на ноги. Пока мы тут беседуем, сыщики уже рыскали бы по городским задворкам и притонам до тех пор, пока виновников не привлекли бы к ответу.

Зардевшись сердитым румянцем, Геро принялась нервно вертеть зонтик.

– Отца расстроило возможное обнародование моего пребывания в приюте Магдалины…

– Расстроило? – переспросил Себастьян, изогнув бровь.

– Расстроило, – с нажимом повторила спутница.

– Учитывая отношение лорда Джарвиса к социальным реформам, полагаю, определение «ужаснуло» более точное.

– Отец понимает, что наши убеждения разнятся.

Себастьян только ухмыльнулся.

– Он попросил сэра Уильяма Хэдли лично заняться расследованием, – добавила Геро.

– Тогда можете спать спокойно. На посту главного магистрата Боу-стрит сэр Уильям зарекомендовал себя как грубый, безжалостный и очень предприимчивый человек.

– Боюсь, я не совсем понятно выразилась. Магистрату приказано проследить, чтобы не проводилось никакого официального расследования, поскольку оно неизбежно свяжет мое имя с произошедшим. Вместо этого отец намеревается разобраться с виновными лично. Он хочет, чтобы все было тихо. Очень тихо.

– Лорд Джарвис весьма искусен в «тихом» разбирательстве с неугодными, – бросил виконт. – Думаю, вам не следует особо волноваться по этому поводу.

– Для отца единственной целью является смерть тех, кто подверг мою жизнь опасности.