– А разве этого недостаточно?

Взгляд серых глаз повернувшейся к собеседнику мисс Джарвис был столь же умен и непроницаем, как у ее всемогущего родителя.

– Одну из девушек, которых я опрашивала тем вечером, звали Роза. Роза Джонс. Не старше восемнадцати-девятнадцати лет, высокая, стройная, каштановые волосы, зеленые глаза. Могу поклясться, что она была знатного происхождения. Очень знатного.

– Вполне возможно. К несчастью, мисс Джарвис, гнет обстоятельств часто вынуждает женщин самого благородного происхождения к проституции.

Себастьян завершил второй круг по парку в молчании, затем повернул обратно к Стрэнду.

– Дочери священников, обедневших адвокатов и докторов, жены и сироты погибших на войне офицеров – все они гораздо чаще промышляют в Ковент-Гардене, чем вы себе представляете.

– Может, и так. Но когда прошлой ночью бандиты вламывались в приют, Роза воскликнула: «Боже, они нашли меня! Эти люди пришли убить меня!». Позже я услышала, как мужчины переговаривались: «Ее здесь нет». – «Должно быть, она наверху». По-моему, приют уничтожили из-за Розы Джонс. Я хочу узнать, кем была эта девушка, и почему налетчики охотились за ней.

– Зачем?

– Зачем? – казалось, собеседница искренне удивлена вопросом.

– Да-да. К чему вам это знать? Вульгарное любопытство?

– Нет.

– Тогда что?

На мгновение спутница умолкла, разглядывая туманный парк. Сырой ветер растрепывал ее гладко причесанные русые волосы. Глубоко вдохнув, Геро ответила:

– Роза умерла у меня на руках. Я легко могла оказаться на ее месте. И чувствую, что чем-то ей обязана.

Возможно, Себастьян поверил бы в столь проникновенную речь, произнеси ее кто угодно, кроме дочери Джарвиса.

– А с какой стати вам понадобился именно я?

Повернувшись, девушка взглянула виконту в лицо. Отблеск чувств, которые, как показалось мужчине, он уловил, исчез.