– Только на этой неделе прибыл из Испании, милорд, – доверительно сообщил, перегнувшись через прилавок, владелец сего неприметного заведеньица на Стрэнде, кругленький коротышка с пухлыми розовыми щеками и лысеющей макушкой. – Лучшая толедская сталь. Отделка рукояти необычайно искусна, вы не находите?

Себастьян кивнул, и, резко развернувшись, метнул кинжал в мишень на задней стене магазина. Лезвие вонзилось и, задрожав, замерло немного левее центра. Торговец в отчаянии всплеснул руками: Девлин никогда не промахивался.

– Очевидно, скрытый изъян… Позвольте показать вам другой –

– Не нужно. Лезвие пошло верно, – Себастьян потер глаза большим и указательным пальцами, ощущая в руке слабую дрожь, вызванную слишком большим количеством бессонных ночей, выпитых бутылок бренди и несъеденных обедов. – Я беру его.

Виконт как раз потянулся за кошельком, когда на двери прозвенел колокольчик и в помещение вошла женщина в темно-зеленой накидке и шляпке со страусовым пером, принеся с собой запах прохладного весеннего утра.

Светло-русые волосы высокой, уже не юной посетительницы были зачесаны назад незатейливым образом, который подчеркивал римскую линию носа, унаследованную от отца – лорда Джарвиса, двоюродного брата короля и признанной силы, стоявшей за непрочным регентством Принни

– Заметила на улице ваш экипаж: пара гнедых и грум, с виду лет двенадцати.

Лорд Девлин сосредоточил свое внимание на отсчитывании необходимого количества банкнот.

– По-моему, Тому тринадцать. А что? Он стащил у вас кошелек?

Девушка приподняла бровь с выражением, которое неприятно напомнило собеседнику ее невероятно высокомерного и безжалостного отца.

– Ваш слуга – карманный воришка?

– Бывший.